Статья посвящена комплексному анализу мифопоэтических категорий «зеркала» и «тени» в творчестве К.Д. Бальмонта, охватывающем более чем полувековой период (1894–1923). Автор исследует механизмы формирования уникального мифотворческого мира поэта, в котором оппозиции «отчуждённость – сопричастность» и «лик – лицо» находят выражение через визуальные и метафизические метафоры отражения. В работе впервые приводится детальный количественный анализ лексических единиц (164 упоминания «зеркала», 419 «тени», 465 «лика»), что позволяет проследить эволюцию символистского миромоделирования от ранних сборников к поздней лирике. Теоретическая база исследования интегрирует концепции К.Г. Юнга об архетипах, семиотический подход У. Эко и философскую рефлексию Г. Гегеля. Делается вывод, что для К.Д. Бальмонта зеркальность является универсальным принципом построения художественного пространства, в котором лирический субъект обретает подлинный «лик» через столкновение с собственной «тенью».
The article is devoted to a comprehensive analysis of the mythopoetic categories of “mirror” and “shadow” in the work of K.D. Balmont, covering a period of more than half a century (1894–1923). The author explores the mechanisms of formation of the poet’s unique myth-making world, in which the oppositions of “detachment – involvement” and “face – countenance” find expression through visual and metaphysical metaphors of reflection. The work provides for the first time a detailed quantitative analysis of lexical units (164 mentions of “mirror”, 419 of “shadow”, 465 of “countenance”), which allows us to trace the evolution of symbolist world modeling from early collections to later lyrics. The theoretical basis of the research integrates K.G. Jung’s concepts of archetypes, U. Eco’s semiotic approach and G. Hegel’s philosophical reflection. It is concluded that for Balmont mirror reflection is a universal principle of constructing artistic space, in which the lyrical subject gains a true “countenance” through a collision with his own “shadow”.